АРГУМЕНТЫ НЕДЕЛИ: К БАЙКАЛУ ТЯНУТСЯ РУКИ МИРА

Точнее, не руки, а манипуляторы. В порту
Калининграда готовят непростую транспортную операцию: переправку
глубоководных обитаемых аппаратов (ГОА) «Мир-1» и «Мир-2» с борта
исследовательского судна на крупнейший в мире грузовой самолёт
«Руслан». Вес каждого аппарата около 19 тонн, поэтому понадобился
гигант Ан-124. Дальше путь «Миров» лежит в аэропорт Улан-Удэ, где
их погрузят на баржу и «малым ходом», по реке Селенге доставят на
Байкал. Именно здесь «Мирам» предстоит работать ближайшие полтора
года. В истории современной России это самый масштабный
исследовательский проект. И финансируется он не средствами из
госбюджета, что было бы вполне естественно, а деньгами частного
капитала из «Фонда содействия сохранению озера Байкал». Президент
Фонда, депутат Государственной Думы РФ Артур Чилингаров это
подчеркнул особо – «Никаких госсредств!»  
  КОЛОСС БЕЗ ИММУНИТЕТА
«Запасного» Байкала у планеты нет. И не будет. Он, безусловно,
велик. Его размер проще проиллюстрировать элементарным примером:
представьте себе, что от Москвы до Санкт-Петербурга лежит «море» со
средней глубиной 730 метров и шириной от 27 до 81 километров.
Общеизвестна цифра: Байкал – это 20% мировых запасов пресной воды.
Следует, наверное, добавить – чистой воды. Пригодной для
употребления «вовнутрь», без дополнительной процедуры очистки.
Великие озёра в США, например, сопоставимые по объему воды и длине
береговой линии с Байкалом, давно уже перестали быть хранилищем
питьевой воды, неприкосновенным запасом человечества. Десятки
городов и сталелитейных заводов, химическая и фармакологическая
промышленность. На берегах только одного из «Великих», озера
Мичиган, проживает около 8 млн. человек. Для сравнения – вокруг
Байкала живут всего 120 тысяч.
Но уже давно стало ясно, что и 120 тысяч слишком много. Хрупкий
экологический баланс Байкала легко может быть нарушен. А если
обратиться к истории, то печальные последствия человеческой
деятельности отмечались ещё в XVIII веке! Уже тогда в Прибайкалье
исчезли, а точнее были истреблены, бесценные чёрные соболя. Сегодня
как рыбацкие сказки воспринимаются свидетельства о громадных и
бесчисленных осетрах, которых «вкушали» первые землепроходцы.
Загадочную живородящую и невероятно жирную байкальскую рыбку
голомянку пару столетий назад топили «на жир» и «экспортировали» в
Китай. Она и сейчас вольготно себя чувствует в прозрачных глубинах.
А вот популяцию омуля чудом удалось восстановить многолетним
запретом на лов.
Неустойчивость к внешним воздействиям – болезнь всех замкнутых
экосистем. Как у американских индейцев не было иммунитета к
болезням, которые «импортировал» из Европы белый человек, так
Каспий оказался беззащитен перед нашествием моллюсков из океанов
через прорытые людьми каналы. Байкал в этом смысле ещё более уязвим
– несколько десятков миллионов лет изоляции лишили древнейшее
пресноводное озеро способностей бороться с чужеродными
проявлениями. Наверное, поэтому учёные, экологи, политики и
бизнесмены не одно десятилетие озабочены сохранением байкальского
феномена для человечества. Комитет по Всемирному наследию ЮНЕСКО в
1996 году официально признал Байкал уникальным природным объектом,
имеющим общечеловеческую ценность. 
 30 ЛЕТ СПУСТЯ
Изучить сущность озера, его глубинные возможности, понять
естественную логику развития, спрогнозировать процессы призвана
международная научно-исследовательская экспедиция ««Миры» на
Байкале». Тот, кто заявляет, что о Байкале всё известно, по крайней
мере, наивен. Дно исследовалось однажды, три десятка лет назад
глубоководными аппаратами «Пайсис». Учёные тогда удостоились
приветствия от Самого – генерального секретаря ЦК КПСС
Л.И.Брежнева. И сегодняшнее знание о Байкале во многом базируется
на результатах той экспедиции.
Исследования, которые предстоит провести экипажам глубоководных
обитаемых аппаратов «Мир», куда более масштабные. Да и возможности
«Миров», по сравнению с техникой предыдущего поколения, позволят
узнать и увидеть много больше. Герой России Анатолий Сагалевич,
участник предыдущей экспедиции, технический руководитель проекта,
уверен, что работа в этом и будущем году принесёт немало научных
открытий.  Запланированы 160 погружений, несомненно, в том
числе и рекордное для пресных вод на глубину свыше 1600 метров —
будет уточнена максимальная глубина озера. На глубинах более 400
метров будут изучены недавно открытые в Байкале газогидраты –
кристаллы, состоящие из метана и воды. Они образуются при
определённой температуре и давлении. К слову, это, возможно,
подтвердит теорию, что загрязнение вод озера метаном — процесс
естественный. Возможно, будет получен ответ на вопрос: «Стоит ли
извлекать из донных отложений газогидраты для обоюдной пользы?»
Человек в этом случае получит недорогой газ, а озеро избавится от
метана.   
Байкал – это огромный тектонический разлом земной коры, а
действующие на дне грязевые вулканы говорят о том, что до полного
спокойствия ещё далеко. И частые в этом районе землетрясения
заставляют пристально взглянуть на будущее озера. Кстати, именно
из-за сейсмической опасности перенесли маршрут строительства
нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан» подальше от
байкальских берегов. Залив Провал тому подтверждение – в 1862 году
под воду ушли 260 кв. км. дельты Селенги и Цаганской степи.
  В ПОИСКАХ РЕЦЕПТА
В целом, Байкал вроде бы справляется с внешними факторами.
Экспедиция «Миры» на Байкале» даст точный ответ. Данные предыдущих
исследований и регулярного мониторинга устаревают не по дням, а по
часам.
Так, неочищенные стоки от городов и поселений на реках, впадающих в
озеро чрезвычайно опасны для байкальской экосистемы. В байкальскую
воду попадают соединения фосфора и азота, кишечная палочка и другие
микроорганизмы, чужеродные для Байкала. Бактерии, продукт
человеческой жизнедеятельности, ведут планомерную, пока незаметную
войну с коренными обитателями вод. Пример их разрушительного
действия уже ощутили на других концах света: умирают знаменитые
коралловые рифы Красного моря в районах крупных курортов, сточные
воды и ядовитая для морских организмов защитная косметика медленно,
но верно, как ластиком, стирают красочную подводную феерию. Серость
побеждает и на Большом барьерном рифе у побережья Австралии.
Следовательно, без самых совершенных очистных сооружений не
обойтись, иначе в какой-то миг у озера не хватит собственных сил
переварить «подарки» людей. 
Дикий туризм оставляет на байкальских берегах язвы в виде мусорных
куч, а прозрачная и насыщенная кислородом вода сдабривается
пластиковой тарой и отслужившим своё хламом. Уже обнаружены
диоксины в подкожном жире байкальской нерпы. На ум приходит
единственное — если туризм нельзя запретить, то его надо грамотно
организовать. Так, чтобы пансионаты, турбазы, места
«паломничества», острова и бухты, были примером бережного отношения
к природе.
Наглядная история – ситуация вокруг Байкальского ЦБК. Уже давно
никто не спорит, что строительство и эксплуатация на берегах
«славного моря» целлюлозно-бумажного комбината, мягко говоря,
преступление перед будущими поколениями. Дохлая рыбёшка, которую
легко встретить в окрестностях ЦБК, тому свидетельство. Но
постановления и решения по перепрофилированию или закрытию
комбината, остаются на бумаге. Почему? Ответ лежит, скорее, в
социальной сфере. Байкальский ЦБК и сложившаяся вокруг
инфраструктура обеспечивает занятость тысяч людей. Что им
государство или бизнес готово предложить взамен?
Альберт Тулохонов, член Научного совета Фонда, директор
Байкальского института природопользования СО РАН,
член-корреспондент РАН, сформулировал позицию большинства жителей
прибайкальского региона:
— Нельзя жить у берегов богатейшего Байкала и быть
нищим! 
Несомненно, надо развивать производственную деятельность, способную
обеспечить занятость населения. И эта деятельность, желательно, не
должна иметь отношения к Байкалу. Разве что разрешить разлив по
бутылкам и продажу байкальской «живой» воды. Спрос будет, уверен
Тулохонов. Рядом Китай и Индия, способные потреблять огромное
количество чистой питьевой воды.
Резервы заложены и в прибайкальских недрах. Известно, что в Бурятии
добывается менее 1% от всего объёма разведанных полезных ископаемых
– то есть поле непаханое для предприимчивых людей. А предприятия по
промышленной добыче и переработке как раз могут снизить
«человеческую» нагрузку на Байкал, отвлечь трудовые ресурсы
подальше от озера на долгосрочную перспективу. И обеспечить власти
финансовыми ресурсами в виде налоговых поступлений. Часть из них
можно было бы потратить на природоохранные меры, очистные
сооружения. Только при достойном финансировании можно взять под
контроль огромную водную гладь и пресечь любые нарушения, включая
цветущий пышным цветом браконьерский промысел.
Рецепт спасения Байкала от последствий человеческого вмешательства
прячется сразу в нескольких плоскостях. Перед экспедицией Фонда
среди многих задач стоит «изучение механизмов саморегуляции водной
системы Байкала» и «разработка комплекса практических мероприятий и
рекомендаций в целях оптимизации хозяйственной деятельности в
регионе». Забота о Байкале не должна стать смертью для любой 
производственной и предпринимательской активности!
Наиболее точно определил миссию экспедиции Михаил Слипенчук,
кандидат географических наук и руководитель группы компаний
«Метрополь», глава попечительского совета Фонда:
— Наступает время, когда Байкалом начали заниматься профессионалы.
Байкал – это глобальный проект мирового уровня.

Владимир ЛЕОНОВ

VK
OK
Facebook
WhatsApp
Telegram