В последний раз страна вспомнила о «подводном
пилоте» Анатолии Сагалевиче летом прошлого года, когда российская
экспедиция на глубоководных аппаратах «Мир-1» и «Мир-2» водрузила
национальный флаг на Северном полюсе.
Впрочем, ему и без того славы не занимать. Даже космонавтов в
стране много, а он, Сагалевич, такой один!
Его «Миры»
- О чём надо было мечтать в детстве, чтобы в зрелом возрасте стать
самым известным в стране гидронавтом?
- Я родился в 1938 г., детство пришлось на военные и послевоенные годы. Несмотря на то что время было бедное, моё поколение много читало. Читало запоем, за одну ночь, передавая книги из рук в руки и зачитывая до дыр. Среди них были и «20 тысяч лье под водой» Жюля Верна, и «Маракотова бездна» Конан Дойла, и «Человек-амфибия» Александра Беляева. Позднее в руки ко мне попала книга Уильяма Биба «Полмили вниз» о погружениях в батисфере в 30-е годы ХХ в. Однако не могу со стопроцентной уверенностью сказать, что мечта о погружениях пришла именно тогда. Просто это сидело где-то в подкорке и ждало «команды на всплытие».
Дождалось - в 1965 г. я пришёл работать в Институт океанологии им. П. П. Ширшова РАН, а в начале 70-х годов стал заниматься глубоководными обитаемыми аппаратами (ГОА). Началось всё со строительства в Канаде аппаратов «Пайсис».
- Почему СССР, страна, которая строила огромные подводные лодки с баллистическими ракетами, заказывала небольшие аппараты на стороне?
- В СССР пытались строить собственные ГОА, но у нас тогда был совершенно другой уровень технологий. Наши строились по стандартам, утверждённым ещё в 40-х годах. К тому же советская промышленность требовала на создание чего-то подобного не менее 15 лет, требовала, чтобы аппараты были запущены в серию не менее 10-20 штук, а ради меньшего, мол, и мараться не стоит - не оправдывает затраты. Канадцы, у которых заказывались «Пайсисы», и финны, которые строили «Миры» по нашему проекту и под нашим руководством, так не считали. В результате построить аппараты за рубежом оказалось и быстрее, и дешевле! «Пайсисы» уже давно выработали свой ресурс, а «Мир-1» и «Мир-2» даже через 20 лет после постройки остаются уникальными и лучшими в мире. Неслучайно Джеймс Кэмерон обратился именно к нам, когда потребовалось погружаться на «Титаник» и снимать другие фильмы.
- Кстати, вы были первым человеком, который своими глазами увидел «Титаник» после того, как он затонул в 1912 г.?
- Нет, первым был американский учёный Роберт
Баллард, сотрудник Вудсхольского океанографического института. Он
обнаружил легендарный корабль в 1985 г., а в 1986 г. погружался к
нему на аппарате «Алвин». Потом там работали французы на ГОА
«Наутилус». Наша первая экспедиция на «Титаник» состоялась в 1991
г. Тогда я его и увидел.
Там всё не так
- С какой экспедиции вы были срочно отозваны для работы на
затонувшей подлодке «Курск»?
- Это был 2000 год. Сперва мы с Кэмероном снимали фильм «Призраки бездны», потом были запланированы погружения с пассажирами - 16 человек заплатили большие деньги, которые предназначались для оплаты экспедиционных расходов. Но в начале сентября мне на экспедиционное судно «Академик Мстислав Келдыш» позвонил академик И. Д. Спасский, глава cанкт-петербургского КБ «Рубин», спроектировавшего «Курск», и сказал: «Кончай заниматься ерундой, тебя ждут на «Курске». Пришлось срочно «нырять» с туристами и, отказавшись от контракта на работу в Бермудском треугольнике, идти к родным берегам. Хотя на самом деле никакой особой срочности, увы, уже не было. С момента катастрофы прошло 3 недели, и выживших не могло быть даже теоретически. Тем не менее «Миры» потребовались для того, чтобы оценить состояние лодки и решить, есть ли необходимость её подъёма. В 20-х числах сентября мы за 5 дней совершили 5 парных погружений по 10-14 часов каждое. На базе наших данных, а это более 30 часов видеозаписи, несколько сотен фотографий и более 30 поднятых на поверхность фрагментов лодки, было принято решение о дальнейшей судьбе «Курска».
- Военные тогда выдвигали версию о столкновении с иностранной подлодкой...
- Несостоятельность этой версии стала нам ясна уже в результате первого погружения. Всё говорило о том, что в носовой части «Курска» произошёл внутренний взрыв. Правда, открыто сообщать об этом мы тогда не стали. Почему-то у нас, когда, не дай бог, чего случится, первым делом стараются замолчать правду. Впрочем, потом военные сами признали, что причиной катастрофы был взрыв на борту собственной торпеды.
- 31 год назад только что купленные в Канаде «Пайсисы» в качестве дебюта погружались в озеро Байкал. В этом году вы собираетесь вернуться туда, только уже на «Мирах».
- Тогда озеро было исследовано очень мало. Учёные никогда не видели, что делается на больших глубинах. Помнится, в одно из погружений мы взяли известного гидробиолога Ольгу Михайловну Кожову, много сделавшую для изучения байкальской фауны. Первое, что она сказала своим коллегам после всплытия, было: «А там всё устроено не так, как вы думаете!» Байкал представляет собой трещину в земной коре, края которой продолжают раздвигаться со скоростью 2 сантиметра в год. Выходит, с того первого погружения озеро по ширине (а это 50 километров) увеличилось на 62 сантиметра! Я уверен, что в предстоящей этим летом экспедиции нас ждут новые открытия.